Русский
Русский
English
Статистика
Реклама

Ода Лиссабону или Леопольд ставший Одиссеем

Мычасто выносим суждения опираясь начто товнешнее, настимулы которые видим, трогаем иощущаем тем или иным способом. Мывыстраиваем свои отношения скажущимися нам реальными вещами, местами, людьми исобытиями привычными, понятными нам методами.

Мыговорим здесь мне хорошо, авот здесь мне плохо. Мне нравится это, авот это уже неочень нравится. Даили нет. Иногда, нетак часто, новсеже порой, мыоказываемся где топосередине, прямо наэтой черте между там издесь.

Впервые явзял вруки произведение Джойса когда мне только исполнился 21 год. Тогда яочень много читал, делал это стаким рвением иусердием что сам себе поражался. Это было утоление звериного голода кзнаниям инаверное, своеобразный побег отвнешнего мира, который уже тогда начинал меня прилично утомлять.

Все вокруг говорили оДжойсе. Изгнанники. Портрет художника вюности, Поминки поФиннигану. Мне спервого раза хватило решимости наУлисс. Тогда ярешил поделиться своим намерением прочитать это произведение содной своей знакомой, литературоведом вСанкт Петербурге, хотя скорее это было больше хвастовстовм, нежели разделением грядущей радости прочтения великого произведения. Тогда, спустя мгновение полной тишины она сумилением посмотрела наменя изаявила что еще слишком рано, рано для меня идля Улисса. Сказала что яврядли пойму эту книгу наданном этапе своей жизни ичто время еще непришло. Фыркнув вответ явтотже вечер сеще большей мотивацией начал читать.

Спустя неделю ипримерно около 200 страниц текста япришел кбезмолвному согласию смнением моей питерской знакомой. Ядействительно был невсостоянии принять Джойса иего тип повествования. Немогу сказать что это было сложно или требовало чего тоособенного, скорее формат моего внутреннего мира был несовместим смиром созданным Джойсом. Покрайней мере натом этапе моей жизни. Яотложил книгу всторону ипринялся заперечитывание Вакханок.

Такое случается нетолько скнигами, мычасто бываем неготовы принять или осознать очень многое людей, события иместа.

Лиссабон для меня это Улисс Джойса. Крайне комплексный, сложный, полный своего особенного повествования город. Безмерно красивый ипротиворечивый, странный, таинственный ивтоже время очень человечный город. Город который ясперва отверг, носпустя три года, оказался его преданным сыном. Лиссабон, вот эта история отебе. Для тебя.

Город-человек.

Прекрасная авенида, точнее так еездесь называют местные опуская полное название Либердаде. Говорят что потем линиям где сегодня расположены ручейки инебольшие фонтаны, когда тов18 веке проходили разломы земли оставшиеся после великого Лиссабонского землятрясения. Небольшие зеленые кафе уютными столиками иедва различимой музыкой зовущие выпить чашку утреннего кофе. Португалки вделовых костюмах скрепко собранными хвостами, важно выстукивают каблуками свой путь вофисные будни, индусы спешащие поскорее открыть свои лавки расположенные напараллельной улице, туристы заглядывающие вокна дорогих бутиков, голуби мерно выгуливающие себя побелоснежному калсаду иодинокие полицейские зачем тоохраняющие особо важные магазины набитые безвкусными часами, пиджаками исумками.

Где было примирение, молвил Стивен, там прежде должен был быть разрыв.

Иэто несомненная правда. Сегодняшний мирный, сияющий солнечным светом, бесконечно прекрасный Лиссабон невсегда был таким. Раздираемый начасти напротяжении веков этот город повидал многое. Мавры иТамплиеры, землетрясения (даихбыло немногим больше чем одно) имножественные протесты ивосстания, пылающие костры инквизиции идаже теневая война вовремя Второй Мировой. Лиссабон видел все. Отпрекрасных португалок, всвое время заслуженно считавшихся самыми нарядными, ухоженными ибогатыми женщинами Европы допросящих милостыню пьяных вдрызг бывших инженеров ислужителей режима Салазара. Вэтом изаключается прелестная странность этого города его многообразие имножественность граней изкоторых соткана история.

Лиссабон как настоящий герой прошел сквозь огонь иводу, подобно фениксу этот сияющий город несколько раз возрождался вбуквальном смысле слова изпепла, собирал себя заново возводя новое наруинах искареженнего старого. Великое Лиссабонское землятресение тому яркий инеоспоримый пример. Ниначто непохожий ивтоже самое время вобравший всебя черты крупнейших европейских городов. Фонари изПарижа, площадь изВенеции, некоторые детали изРима. Жители совсех точек земного шара.

Современ когда португалки были самыми богато одетыми, вкусно пахнущими, неописуемо красивыми, апортугальцы незнали инфантилизма иумели прекрасно сражаться икак партизаны инапередовой, стех времен многое изменилось. Богато одетым перестало быть модно ипортугальские принцессы переобулись вкеды иджинсы. Мужчины стали все больше принимать насебя феминистические черты, аженщины прикрылись отнеравноправия щитом феминизма. Все перевернулось сног наголову, что впрочем намой взгляд еще больше украсило ибез того красивых алфазем. Придало имнекий шарм.

Лиссабон стоит встороне отвсех городов Португалии. Онзанимает особую, доступную ему одному позицию. Позицию власти, силы, регалий, позицую обусловленную множеством факторов, отисторических докультурологических.

Этот город открывает себя постепенно, несразу инекаждому. Для того чтобы его узнать, нужно почувствовать его запах, увидеть множество его нарядов, взглянуть натечасти, которые скрыты отпосторонних глаз. Только так иникак иначе. Лиссабон хранит множество секретов, эти осколки прошлых лет спрятаны повсюду, вузких переулках, вотблеске плитки, взапахе застоялой воды врезервуаре старинного фонтана, вглазах португалки взращенной насеми холмах, вдрожащих отпостоянного напряжения руках старика, владельца обувной мастерской наШиадо. Главное быть внимательным исмотреть глубоко, какбы сквозь настоящее. Это поможет.

Река Тежу. Река океан. Река вчьей власти были жизни жителей Лиссабона в18 веке. Даивовсе другие века тоже. Река, отправлявшая своих сынов вбесконечно опасные путешествия, навстречу неизвестности сокрытой безграничным пространством матери Земли.

Сегодня.

Двадцать первый век всеже ияуже умею переключать песни всвоем телефоне, прибавлять громкость вмоменты когда янехочу слышать окружающий мир. Ястою усамой кромки реки, глазею напроплывающие мимо корабли, прячусь отсолнечного диска заярко красными грузовыми контейнерами раскидаными ваккуратном порядке вдоль зоны разгрузки. Ясмотрю вдаль, туда где заканчивается этот прекрасный город иначинается Он. Царь Океан, властитель всего живого, хранитель тайн. Там горизонт неизвестности. Язакрываю намгновение глаза ипредставляю себе впечатляющие своей мощью имасштабом корабли, отплывающие навстречу приключениям, отправляющиеся напоиски новых земель, сокровищ ичудес. Япредставляю себе вереницы людей провожающих своих близких ислезы черноволосых португалок неимеющих представления обудущем, ноживущих надеждой навозвращение своих возлюбленных. Какбы там издесь одновременно, левитирую впространственно временном континууме, кайфую отэтих ощущений инестерпимо желаю ими скем-нибудь поделиться. Выхватываю взглядом неспешно выгуливающую себя пару. Может сними поделиться своим континуумом? Дать имхотябы ненадолго поглазеть наЛиссабон доземлетрясения, девушке примерить платье впол иобшитые стразами туфли, аеемолодому человеку вручить настоящую морскую офицерскую саблю склинком в800мм? Воодушевляюсь. Ловлю насебе ихподозрительные взгляды одновременно отпуская подогревавшее меня желание. Непоймут. Даиненадо им.Вздыхаю. Ухожу прочь.

Улыбаюсь.

Надежда возможно главное качество португальцев, абсолютно влюбившее меня вних. Бесконечная, неимеющая границ надежда. Это касается абсолютно всего. Надежда напобеду, насветлое будущее, налюбовь, надежда наблаговоление Господа. Атам где надежда, там идетсткая наивность. Атам где детская наивность там илюбовь. Ивот этими тремя факторами яиописываю обычно португальцев. Надежда, наивность илюбовь.

Лиссабон несоздает ощущения принадлежности кому либо, какой-либо нации или стране. Если честно, Лиссабон как будто существует сам посебе, независимо ниотчего, онпросто есть исвоей благородностью ивеликодушием позволяет нам пребывать вего стенах, какбы находиться наего территории. Безусловно, это абсолютно священная, особенная земля имеющая важнейшее значение нетолько для Португальцев, ноидля всего человечества. Исемь холмов здесь непросто так. Семь. Это волшебное число. Знак ангела. Магический номер. Мывоспринимаем этот мир сквозь 7 отверстий внаших телах, совершаем семь земных грехов, познаем семь божественных тайн, несем всебе семь энерегетических дисков или чакр. Калипсо. Эта нимфа держала Одиссея, отца Лиссабона вплену ровно семь лет. Семь дней недели, семь основных нот вмузыке, семь цветов радуги, семь видов живых клеток. Семь холмов Лиссабона. Этот волшебный город нечто иное как часть божественного плана заключенного вчисло семь. Небольше инеменьше. Естественная, неотъемлемая часть Земли. Имыздесь только гости. Ну, араз мылишь гости ивсе временно, материально иимеет свой срок годности, точего бояться тогда? Нуужточно неУлисса. Брать ичитать! Даже непонимая нислова, впитывать всебя прекрасный слог Джойса. Потом аукнется, спустя годы, вмомент когда случайное знакомство наречет вас эрудитом.

Так исЛиссабоном. Ненадо бояться. Смело открывайте первые страницы инебойтесь дочитать его доконца.

Каждая жизнь множество дней, чередой один задругим. Мыбредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев подуху, новсякий раз встречая самих себя.

Теги: Автопутешествия, Культурно-познавательный туризм, Отдых с детьми, Паломнические туры, Событийный туризм

Источник: www.tourister.ru
К списку статей
Опубликовано: 25.05.2022 10:17:16
0

Сейчас читают

Комментариев (0)
Имя
Электронная почта

Интересное

Последние комментарии

© 2006-2022, tuvatforum.ru